Интернет-портал по истории и генеалогии

История Испании:
Мирный переход к демократии (1975-1982)

Мирный переход к демократии (1975-1982)

1975 - 1982 гг.
Хуан Карлос I, король Испании

Хуан Карлос I, король Испании

Карлос Ариас Наварро

Карлос Ариас Наварро

Мануэль Фрага Ирибарне подписывает документы о независимости Экваториальной Гвинеи.

Мануэль Фрага Ирибарне подписывает документы о независимости Экваториальной Гвинеи.

Хосе Мария де Арейльса

Хосе Мария де Арейльса

Адольфо Суарес

Адольфо Суарес

Мануэль Гутьеррес Мельядо, сторонник А. Суареса.

Мануэль Гутьеррес Мельядо, сторонник А. Суареса.

Сантьяго Каррильо, лидер КПИ.

Сантьяго Каррильо, лидер КПИ.

Леопольдо Кальво-Сотело.

Леопольдо Кальво-Сотело.

Подполковник Антонио Техеро пытается совершить пронунсиаменто (путч).

Подполковник Антонио Техеро пытается совершить пронунсиаменто (путч).

Демонтаж франкистского режима. Пакты Монкло́а

Со смертью Ф. Франко Испания вступила в новый исторический этап. Это был мирный, но отнюдь не безболезненный и не лишенный внутренних противоречий демонтаж авторитарного режима с переходом к демократическим формам правления. Завершением этого важного в современной истории Испании периода можно считать октябрь 1982 г.1, когда в результате свободных, демократических выборов к власти пришло правительство социалистов во главе с Ф. Гонсалесом.

Глубокие политические изменения, произошедшие в стране во второй половине 70-х годов, были предопределены следующими факторами. Во-первых, Испания вошла в пятерку наиболее передовых индустриальных держав Европы и заняла восьмое место среди промышленно развитых стран по величине валового продукта2. Во-вторых, по сравнению с предыдущими десятилетиями существенно вырос жизненный уровень испанцев. В-третьих, было очевидно, что дальнейшее развитие страны сдерживали безнадежно устаревшие авторитарные формы правления. В-четвертых, давала о себе знать настоятельная необходимость решения этнонациональных проблем.

Большинство населения страны выступало за демократическое реформирование своего государства. Не последнюю роль на пути страны к демократии сыграла благоприятная ситуация в мире. Однако этот путь не был «устлан розами», многие проблемы решались в обстановке острого противостояния политических сил.

22 ноября 1975 г. в соответствии с законом, принятым еще при Ф.Франко, главой государства стал Хуан Карлос I. Председателем правительства 4 декабря король утвердил известного своими консервативными взглядами К. Ариаса Наварро. В состав вновь сформированного кабинета были включены министры реформаторского крыла франкизма: М. Фрага Ирибарне3, Х.М. Арейльса, А. Гарригес, А. Осорио. В опубликованном 15 декабря программном заявлении новый кабинет министров заявил, что будет следовать «процессу эволюции» и постарается приблизить Испанию к западному сообществу.

Первыми шагами правительства К. Ариаса Наварро было объявление частичной амнистии и принятие мер, направленных на некоторую либерализацию режима. Вместе с тем политические репрессии (хотя и не столь масштабные, как при Ф. Франко) еще имели место, их острие было направлено главным образом против коммунистов. Первое постфранкистское правительство выступило с инициативой расширения гражданских прав и свобод на основе испанского парламентаризма. При этом не исключалась возможность подключения к реформаторским планам представителей умеренной оппозиции. Все реформаторские начинания кабинета К. Ариаса Наварро мыслились в рамках «совершенствования» существующего строя, что подразумевало ограниченную и контролируемую «сверху» демократию.

Преобразования планировалось начать с внесения изменений в базовое законодательство. Первым шагом на этом пути должно было бы стать формирование двухпалатного парламента, избираемого на более демократической основе, чем Кортесы времен Франко. Однако кабинету К. Ариаса Наварро не удалось реализовать эту идею. Тем не менее некоторые либеральные законопроекты правительства получили одобрение Кортесов. В частности, в 1976 г. были приняты закон о собраниях и манифестациях, а также закон о праве на политические ассоциации, согласно которым допускалась возможность учреждения политических партий. При этом Кортесы не допустили внесения соответствующих изменений в уголовное законодательство страны, по которому жестоко карались организаторы и участники запрещенных политических ассоциаций и партий. Из-за неуступчивой позиции Кортесов курс реформ застопорился.

Непоследовательность правительства вызывала негативную реакцию и разочарование в широких кругах испанской общественности. В то же время даже такие «робкие» реформы встречали ожесточенное сопротивление ортодоксальных франкистов, так называемого бункера. Ситуация в стране обострялась. Наиболее дальновидные политики отдавали себе отчет в том, что блокирование «бункером» назревших реформ, политика репрессий и запретов чреваты непредсказуемыми последствиями. В создавшихся условиях сторонники «разумных реформ» выступили с требованием отставки кабинета К. Ариаса Наварро.

Демократическая оппозиция активно выдвигала требование сформировать правительство, способное покончить с франкизмом и приступить к осуществлению давно назревших преобразований . Лидеры оппозиционных партий и ассоциаций, оставив в стороне разногласия по второстепенным вопросам, сумели объединить свои усилия во имя главной цели - демонтажа франкизма. В марте 1976 г. на основе партий, входивших в «Демократическое объединение» и «Платформу демократического объединения», была сформирована широкая антифранкистская коалиция «Демократическая координация». В октябре, после вхождения в ее состав других партий, коалиция была реорганизована в более широкую по составу «Платформу демократических организаций», представляя практически все ведущие оппозиционные силы. Оппозиция внесла важный вклад в процесс демократических преобразований, приведших к краху франкизма.

1 июля 1976 г., пессимистически оценивая сложившуюся обстановку, Хуан Карлос I санкционировал отставку правительства К. Ариаса Наварро. Сформировать правительство король поручил молодому политическому деятелю Адольфо Суаресу4, входившему в состав предыдущего правительства на правах генерального секретаря Национального движения (фашистской партии). Оппозиция скептически отреагировала на выбор Хуана Карлоса I, в то время как ортодоксальные франкисты выразили свое удовлетворение. Дальнейший ход событий показал, что правительство во главе с А. Суаресом действовало более решительно и последовательно, нежели предыдущий кабинет К. Ариаса Наварро.

В июле 1976 г. новое правительство выступило с предложением провести всеобщие выборы в стране не позднее 30 июня 1977 г. В июле 1976 г. и в марте 1977 г. были объявлены амнистии, в результате которых на свободу вышло большинство политических заключенных.

В первые месяцы своего существования кабинет А. Суареса следовал по пути реформирования существующего строя, используя возможности действующего законодательства. На фоне довольно успешной попытки политической изоляции крайне радикальных кругов правых сил к разворачивающемуся процессу преобразований привлекались представители реформаторских течений франкизма.

Наиболее сложной представлялась задача по нейтрализации высшего командного состава Вооруженных сил. Долгие годы выступая верной опорой авторитарного режима, армия во второй половине 70-х годов еще не в полной мере соответствовала демократическим переменам в стране. Тем не менее многие испанские генералы и адмиралы вполне спокойно восприняли процесс перемен, исходя из воинской дисциплины и данной ими присяги на верность королю, который является не только главой государства, но и Верховным главнокомандующим. Позитивную роль в этом процессе сыграл заместитель председателя правительства по делам обороны генерал М. Гутьеррес Мельядо (1912-1995), активно способствовавший профессионализации и деполитизации армии.

Линия поведения правительства включала в себя поиск сторонников в лице умеренных антифранкистов. Министры правящего кабинета и лично А. Суарес приступили к налаживанию политических контактов с лидерами демократической оппозиции за исключением коммунистов. Немаловажную роль в осуществлении реформ сыграл Хуан Карлос I, выступавший за либерализацию режима и создание конституционной монархии. Поддержка правительства королем нейтрализовала ортодоксальных франкистов в армии и других звеньях государственного аппарата.

Правовой основой для перехода к демократии стал законопроект «О политической реформе», признававший, в частности, суверенитет народа и незыблемость прав человека. Этим документом предлагалось учредить двухпалатные Генеральные кортесы, депутаты которых избирались всеобщим, прямым и тайным голосованием (за исключением 20% сенаторов, назначавшихся непосредственно королем). Генеральные кортесы наделялись правом вносить изменения в «Основные законы» периода франкизма или вовсе отменять их. Франкистские Кортесы, которые до того момента все еще продолжали выполнять свои функции, 18 ноября 1976 г. одобрили законопроект, после чего он был вынесен на общенациональный референдум.

В преддверии референдума, назначенного на 15 декабря 1976 г., социалисты, коммунисты и умеренные националисты призывали избирателей воздержаться от голосования. Большинство крайне правых партий и левые радикалы также высказывались против законопроекта. Активно поддержали законопроект центристы, умеренные франкисты и члены правительства во главе с А. Суаресом.

Несмотря на призывы к бойкоту, референдум состоялся. На избирательные участки явилось 77,7% от общего числа испанцев, имевших право голоса. Законопроект поддержало подавляющее большинство участников референдума — 94,2%. «Против» проголосовали всего 2,5%, незаполненные и недействительные бюллетени составили 3,3%. Законопроект о политической реформе приобрел силу закона.

Результаты референдума оказались по сути вотумом народного доверия реформаторскому курсу правительства. Тем не менее внутриполитическая ситуация в стране ухудшалась из-за экстремистских действий со стороны как крайне правых, так и крайне левых группировок. В январе 1977 г. в своем офисе на улице Аточа в Мадриде были злодейски убиты пять адвокатов, тесно сотрудничавших с профсоюзным объединением «Рабочие комиссии». Убийства, уличные столкновения, многочисленные случаи запугиваний, захваты заложников нагнетали напряженность в стране.

Ситуацию усугублял терроризм ЭТА. Процесс становления испанской демократии (1977-1978) не содействовал примирению басков. Активность ЭТА шла по нарастающей. Это происходило из-за опасений растерять ту легитимность, которой в период диктатуры организация умело пользовалась в глазах собственных граждан и за рубежом. С 1968 г. и до принятия демократической Конституции 1978 г. от рук этаровцев погибли 72 человека (в среднем 7 убийств в год). Жертвами баскских экстремистов с 1978 по 1987 г. стали 526 (!) человек, в среднем — более 50 в год.

В эти же годы заявили о себе боевики из террористической левацкой организации ГРАПО5. Ситуация грозила выйти из-под контроля. С целью избежать негативного развития событий центральные власти и демократическая оппозиция пришли к соглашению о координации антитеррористических действий. В ходе переговоров оппозиция согласилась с правительственным планом преобразований. А. Суарес, со своей стороны, пообещал установить в Испании демократические порядки по образцу стран Западной Европы.

Выполняя взятые обязательства, правительство упразднило Трибуналы общественного порядка, снискавшие печальную известность своей репрессивной деятельностью в период франкизма, предоставило амнистию новым категориям политических осужденных. В соответствии с правительственным распоряжением от 18 марта 1977 г. были внесены изменения в избирательную систему, закрепляющие пропорциональное представительство на выборах в законодательные органы власти. На основе поправки к Закону о праве на формирование политических ассоциаций были легализованы ранее запрещенные политические партии, включая КПИ (Коммунистическая партия Испании). Одновременно распускалось фашистское «Национальное движение» и подтверждалась свобода на учреждение независимых профсоюзных и предпринимательских организаций.

Таким образом, в процессе подготовки к всеобщим парламентским выборам смогли принять участие партии, представлявшие все основные сегменты испанского общества. Среди них не только «исторические» партии - ИСРП (Испанская социалистическая рабочая партия), КПИ, — но и центристские объединения, сформированные незадолго до выборов, в первую очередь — Союз демократического центра (СДЦ), который возглавил премьер А. Суарес.

Парламентские выборы, состоявшиеся 15 июня 1977 г., были отмечены высокой активностью избирателей. В них приняли участие 78% испанцев, обладавших правом голоса. Выборы принесли убедительную победу центристской проправительственной партии СДЦ, которая получила 6 310 тыс. голосов избирателей (165 парламентских мандатов). Бесспорный успех сопутствовал также ИСРП, возглавляемой молодым, энергичным лидером Ф. Гонсалесом. Социалисты, набрав 5 240 тыс. голосов, получили 118 депутатских мандатов и стали второй по численности (после СДЦ) парламентской группой. Другие партии расположились на значительном расстоянии от СДЦ и ИСРП: коммунисты, возглавляемые С. Каррильо, получили 20 депутатских мест, правоконсервативный Народный альянс (НА) во главе с М. Фрагой Ирибарне — 16 депутатских мандатов. В идеологическом плане состав Конгресса депутатов оказался поделенным на два блока: правые партии с незначительным перевесом в несколько голосов опережали блок левых сил во главе с ИСРП.

Результаты парламентских выборов 15 июня 1977 года
Партии и блоки Голоса в % Конгресс депутатов Сенат
СДЦ 34,7 165 106
ИСРП 29,2 118 48
КПИ 9,2 20 3
НА 8,3 16 2
Социалистическое единство 4,5 6 4
Демократическая конвергенция Каталонии 2,8 11 2
БНП 1,7 8 -
Демократический фронт левых 1,5 1 -
Христианско-демократическая федерация 1,4 1 -
Эускадико Эскерра 1,0 1 -
Другие партии 0,7 2 -


Вторая половина 1977 и 1978 г. проходили под знаком разработки демократической конституции страны. Одновременно с этой центральной задачей переходного периода были предприняты новые демократические преобразования. В частности, проведен очередной этап амнистии для осужденных по политическим мотивам и начата административно-территориальная реформа, предусматривавшая предоставление широкой автономии регионам, в первую очередь Каталонии и Стране Басков.

Мирный переход от авторитаризма к демократической модели развития в Испании предопределили пакты Монкло́а6. 8-9 октября 1977 г. в правительственной резиденции Монклоа был созван «круглый стол» представителей политических партий и профсоюзов для достижения консенсуса по важнейшим вопросам национальной политики. На обсуждение были представлены обширный правительственный доклад и план мер по преодолению кризиса. После дебатов по плану и внесения в него изменений участники «круглого стола» - председатель Совета министров А. Суарес, Ф. Гонсалес (ИСРП), С. Каррильо (КПИ), М. Фрага Ирибарне (НА), Э. Тьерно Гальван (Народная социалистическая партия), Л. Кальво Сотело7 (СДЦ) — поставили свои инициалы под итоговым документом со скромным названием «Резюме проделанной работы».

Этот документ был представлен на рассмотрение парламентских фракций политических партий и обсуждался в специальных комиссиях Генеральных кортесов, где многие его положения были развиты и дополнены. 25 октября после интенсивных переговоров представители основных парламентских партий (за исключением правоконсервативной НА) подписали соглашение, которое было представлено в Кортесы в качестве совместной законодательной инициативы и очень скоро одобрено и оформлено испанским парламентом в виде законодательного акта.

Суть экономической части пактов Монклоа составил своеобразный компромисс: левые силы согласились с ограничением роста заработной платы до уровня инфляции, а правые — с проведением прогрессивной налоговой реформы. Были согласованы меры, позволяющие компаниям достаточно свободно увольнять рабочих. Тем самым разрушался негласный «социальный пакт» времен франкизма, когда рабочие вынужденно поддерживали политическое спокойствие в обмен на гарантии против увольнения. Со своей стороны, правительство обязалось улучшить государственную систему соцобеспечения и ввести в действие профсоюзные права и свободы в соответствии с основными конвенциями Международной организации труда.

Политическая часть пактов Монклоа предусматривала установление парламентского контроля над средствами массовой информации; пересмотр уголовного и военного кодексов в сторону их смягчения; разработку ряда законопроектов, определяющих новый, менее жесткий порядок проведения собраний и манифестаций; демократизацию закона об общественном порядке; реорганизацию сил общественной безопасности. Пакты Монклоа явились компромиссом: каждая из сторон согласилась на определенные уступки во имя достижения общей цели — стабилизации режима представительной демократии. Их подписание помогло избежать коллапса испанской экономики на ключевом этапе перехода к демократии, создать атмосферу «цивилизованного сосуществования» основных политических сил страны, которая в дальнейшем, будучи облеченной в конституционные формы, позволила утвердить парламентскую демократию западноевропейского типа.

Принятие демократической Конституции 1978 г. Государство автономий - новая модель государственного устройства

В 1977 г. группа из семи известных политиков, ученых и специалистов в области конституционного права (впоследствии их стали величать «отцами Конституции») приступила к разработке текста конституции. После продолжительной и напряженной работы конституционный проект был представлен на рассмотрение депутатов парламента и 31 октября 1978 г. одобрен на совместном заседании обеих палат Генеральных кортесов. Из 584 участвовавших в голосовании 551 депутат проголосовал «за», 22 — «против» и 11 воздержались. «Против» голосовали лишь представители крайне правых и крайне левых депутатских фракций, воздержались депутаты от Баскской националистической партии (БНП).

6 декабря 1978 г. проект конституции был вынесен на референдум и получил одобрение большинства граждан. За него проголосовали 15,7 млн испанцев, что составило 87,7% от числа голосовавших и 58,9% от имевших право голоса. Конституция вступила в силу после ее подписания 27 декабря 1978 г. королем Хуаном Карлосом I. 29 декабря она была опубликована в «Официальном бюллетене государства». Таким образом, впервые в истории Испании конституция не только закрепила договоренности между ведущими политическими партиями, но и была поддержана подавляющим большинством граждан страны.

Авторы Конституции исходили из объективной необходимости перехода от франкистского авторитаризма к демократии в условиях политической стабильности в стране. В этой связи были отвергнуты проекты президентской республики американского образца, как не гарантирующие устойчивость политической власти из-за «встроенного» в него механизма конфликта между законодательной и исполнительной ветвями власти. «Отцы» испанской Конституции полагали, что во второй половине XX в. политическая мысль значительно продвинулась по сравнению с методологическим тезисом французских просветителей XVIII в. о «защите от деспотизма» путем разделения властей и введения системы «сдержек и противовесов». Поэтому основное средство защиты прав и интересов граждан они видели не в противопоставлении друг другу исполнительной и законодательной власти8, а в создании и поддержании независимой судебной системы, включающей авторитетный Конституционный суд, институт Народного защитника, а также детально разработанное законодательство по защите прав и интересов личности.

Конституция содержит Преамбулу, Вводный раздел, 10 разделов, объединяющих 169 статей, а также 4 дополнительных положения и 9 переходных положений. В Преамбуле и Вводном разделе Конституции зафиксированы принципы построения политической системы страны: Испания провозглашается демократическим и правовым государством с формой политического устройства в виде парламентской монархии (ст. 1.1), носителем национального суверенитета является испанский народ (ст. 1.2).

В контексте сложных отношений между центром и регионами важными для дальнейшего развития страны были конституционные положения статьи 2: «Конституция основана на нерушимом единстве испанской нации, общем и неделимом отечестве всех испанцев; она признает и гарантирует право на самоуправление национальностей и регионов, которые составляют ее, и солидарность между всеми ими»9. Таким образом, конституционно признавалось и гарантировалось право на национальную и территориальную автономию. Поскольку Испания была унитарным государством, наличие Автономных сообществ (получивших в дальнейшем собственные статуты) придавало испанскому унитаризму черты децентрализованного государства. Одновременно Конституция запрещала образование федерации Автономных сообществ (ст. 145).

Для Испании, без малого 40 лет не имевшей реальных демократических прав и свобод, особое значение приобрел принцип политического плюрализма, многопартийности и свободы создания профсоюзов (ст. 6, 7). Политические партии определялись в качестве основного инструмента участия испанцев в политических процессах страны.

Раздел первый Конституции прописывал права и обязанности граждан, основные принципы социальной и экономической политики, гарантии прав и гражданских свобод. Достоинство человека и неотчуждаемость его прав, уважение к закону и правам других людей провозглашались основой политического строя и социального мира (ст. 10). Объявлялось равенство всех испанцев перед законом и запрет на любые формы дискриминации (ст. 14). Институциональной гарантией прав и свобод испанских граждан является Защитник народа (аналог омбудсмана), назначаемый Генеральными кортесами и подотчетный парламенту. Светский характер государства определен отделением церкви от государства и запретом на возведение какой-либо религии в ранг официальной10. При этом гарантируется свобода идеологии, вероисповедания и отправления культов для всех граждан и их объединений (ст. 16).

Согласно разделу второму, король является главой государства, символом единства и преемственности нации, высшим представителем испанского государства в международных сношениях. Конституционно закреплена традиционная для Испании кастильская система наследования престола (ст. 56, 57). Детально регламентированы правила регентства и опекунства в отношении несовершеннолетнего наследника престола. Если угасают ветви династии, имеющие право на испанский престол, вопрос о наследовании решается Генеральными кортесами в «наиболее подходящей для интересов Испании форме».

Раздел третий посвящен полномочиям двухпалатного парламента — Генеральным кортесам — высшего органа законодательной власти, представленного Конгрессом депутатов и Сенатом. Палаты формируются одновременно на основе свободного, всеобщего, равного и прямого избирательного права тайным голосованием. При избрании депутатов применяется система пропорционального представительства, а выборы сенаторов проводятся по мажоритарной системе. Избирательное право принадлежит всем испанцам, достигшим 18 лет и обладающим политическими правами в полном объеме. Срок полномочий парламента — 4 года. Конгресс депутатов состоит минимально из 300 и максимально из 400 депутатов. Сенат (ст. 69) объявлялся палатой территориального представительства. Жители каждой из 50 провинций Испании, имеющие право голоса, избирают четырех сенаторов всеобщим, прямым и тайным голосованием. Испанские города Сеута и Мелилья, расположенные на севере Африки, избирают по два сенатора. Кроме того, в Автономных сообществах избирается один сенатор от каждого миллиона жителей.

Раздел четвертый регулирует деятельность центрального правительства и администрации. Правительство (ст. 97) является высшим исполнительным органом, руководящим внутренней и внешней политикой, деятельностью гражданской и военной администрации, обороной государства. Правительство состоит из председателя, заместителей председателя, министров и других членов правительства, определяемых законом. Согласно Конституции, после очередных парламентских выборов король по итогам консультаций с руководителями партийных фракций предлагает кандидатуру на пост председателя правительства (как правило, это лидер партии, набравшей большинство голосов избирателей). Если предложенная кандидатура набирает абсолютное большинство голосов в Конгрессе депутатов, король утверждает кандидата на посту руководителя правительства. Если кандидат не получает абсолютной поддержки, спустя 48 часов проводится повторное голосование, при котором кандидату уже достаточно заручиться простым большинством голосов для назначения на должность председателя правительства.

Раздел пятый определяет характер взаимоотношений правительства и Генеральных кортесов. Правительство формируется парламентским путем и, чтобы находиться у власти, должно пользоваться доверием не лично монарха, формально назначающего председателя и остальных членов кабинета министров, а именно парламента. Важным элементом парламентаризма является политическая ответственность правительства перед парламентом, закрепленная в ст. 198.

Основы организации судебной власти определены в разделе шестом. Исходящая от народа судебная власть осуществляется от имени короля судьями и магистратами, которые независимы и ответственны только перед законом. Должности судей, магистратов и прокуроров несовместимы с иными должностями, кроме того, действует запрет на их членство в политических партиях и профсоюзах (ст. 127).

Раздел седьмой посвящен вопросам экономики и финансов. Здесь прописано, что все богатства страны в их различных формах и вне зависимости от собственника подчиняются общему благу (ст. 128). В разделе восьмом фиксируется территориальная организация государства, состоящая из муниципальных округов, провинций и Автономных сообществ. Раздел девятый посвящен особому звену судебной системы — Конституционному суду.

В разделе десятом регламентируются способы внесения изменений в текст конституции. Для внесения изменений требуется не только наличие квалифицированного большинства (3/5) в каждой из палат, но и возможное вынесение поправок на референдум (по требованию 1/10 части депутатов любой из палат). В случае внесения существенных поправок в текст конституции парламент должен быть распущен, и поправки подлежат утверждению новым составом Генеральных кортесов. Субъектами права конституционной инициативы являются правительство, Конгресс депутатов и Сенат. Автономные сообщества могут инициировать процесс только через обращение в правительство либо в президиум Конгресса депутатов. В испанской Конституции содержится запрет на любые конституционные реформы в военное время или при объявлении чрезвычайного и осадного положения (ст. 169).

Работая над проектом Конституции 1978 г., государствоведы-конституционалисты, опасаясь повторения для Испании политики жесткой централизации и государственного патернализма, изыскивали новую форму демократического переустройства страны. На их взгляд, нельзя было говорить о «классическом федерализме», поскольку это означало бы введение бюрократической организации «сверху», чреватой опасностью дробления страны по этнокультурному признаку. «Отцы» конституции предполагали «отойти» от узкоюридической трактовки федерализма, которая подразумевает конституционно зафиксированное разделение функций между центральной властью и субъектами федераций. «Нами была предпринята попытка найти нечто среднее, эдакую заветную формулу, которая не вела бы ни к унитарному государству, ни к федерализму, а сохраняла бы территориальное единство страны»11, — говорил М. Фрага Ирибарне. Поэтому государственное устройство Испании предполагало гибкую систему отношений, которая позволяла бы органично сочетать традиционные основы государственности с максимально возможной реализацией потребностей региональных и этнических сообществ, прежде всего басков, каталонцев и галисийцев, в сохранении и развитии своей идентичности. При этом в условиях усиления этнокультурной активности национальных меньшинств в постфранкистский период выдвигалась важная стратегическая задача - найти инструменты противодействия дезинтеграционным процессам в централизованном государстве, теряющем контроль над периферийными регионами. Государство автономий как форма, а по сути - процесс региональной автономизации Испании, и было призвано содействовать цивилизованному урегулированию возникающих конфликтов. Отдельным территориям предоставлялось право относительной свободы выбора форм внутреннего управления как способ удерживать их от отделения. Такая вероятность существовала в отношении Каталонии и Страны Басков.

Причины сохранявшейся в Испании на протяжении XX в. межэтнической конфликтогенности уходят глубоко в историю. Они вызваны сопротивлением различных этнических групп слиянию в единую нацию, центром которой стала средневековая Кастилия со своим языком, культурой, администрацией и армией. Повышенная этнонациональная активность басков, каталонцев и галисийцев (гораздо в меньшей степени) объясняется также интернационализацией материальных и духовных ценностей, урбанизацией, миграцией людских масс. Для малых народов Испании подобные тенденции таят угрозу аккультурации, утраты языка, традиций и обычаев. Стремление малых народов Пиренейского полуострова к самосохранению «генетически» (исторически) соотносилось с вполне конкретным «врагом» — испанским (кастильским) экспансионизмом.

Важно учитывать, что Испания представляет собой пример как фактической этнорегиональной асимметрии, так и юридической. Юридическая асимметрия была «закреплена» положениями новой Конституции 1978 г. Во-первых, в ней нет упоминания о статусном равноправии регионов. Во-вторых, преимущества регионов обозначаются простой формальной констатацией исторического развития так называемых «исторических национальностей или провинций» (речь идет о Стране Басков, Каталонии и Галисии) и средневековым форальным правом12. В-третьих, статьи 143 и 151 закрепляют разноуровневую процедуру достижения автономии и неодномерный объем компетенций регионов.

Фактическая асимметрия Испании проявлялась в этнокультурных и этнотерриториальных различиях, межрегиональных социально-экономических диспропорциях, политических коллизиях между солидарным центром и региональными элитами, идеологическом противостоянии паниспанского и периферийного национализма, острой конфронтации между солидарным сознанием большинства испанцев и сепаратистскими устремлениями региональных, прежде всего баскских и каталонских, радикалов.

В период перехода от авторитарного режима к демократии устранение межэтнической конфликтогенности правящей элите страны виделось лишь одним способом — в развертывании процесса политико-территориальной децентрализации и автономизации. Это подразумевало передачу от центра регионам определенного набора полномочий, расширение местного самоуправления в рамках новой государственной модели, получившей название «Государства автономий». Представители различных политических сил Испании соглашались с региональной автономизацией, которая допускает значительную децентрализацию власти.

На практике задуманное не всегда реализовалось исправно. Правящая элита ряда самостоятельных Автономных сообществ (в первую очередь Каталонии и Страны Басков) осознавала, что ни конституция, ни Автономные статуты их собственных политико-территориальных образований (АС) не предусматривают всех региональных претензий. Отсюда неоднократные попытки «дать бой» Мадриду (центральному правительству) с требованием ревизии или внесения существенных поправок в основополагающие юридические документы. Эти политические конфликты с различной степенью интенсивности отмечены и в начале XXI в.

Парламентские выборы 1979 г. Правительство Л.Кальво Сотело. Попытка антиправительственного путча 23 февраля 1981 г.

Принятие Конституции стало важнейшим шагом на пути демократизации страны. Однако прописанные демократические принципы во многом расходились с постфранкистскими реальностями. В Испании остро стоял вопрос практической перестройки органов власти и государственного аппарата. Очевидной была неспособность правительства А. Суареса и возглавляемой им правящей партии СДЦ придать новый импульс реформаторским преобразованиям. В такой обстановке глава кабинета принял решение о проведении всеобщих парламентских выборов 1 марта 1979 г. и муниципальных выборов 1 апреля.

Парламентские выборы не выявили существенных изменений в расстановке политических сил по сравнению с выборами 15 июня 1977 г. В выборах приняли участие 68% граждан, имевших право голоса (общее число избирателей составляло 26 786 тыс. чел.). СДЦ получил поддержку 6 269 тыс. избирателей и смог провести в нижнюю палату парламента 168 своих представителей (в 1977 г. — 165). За ИСРП проголосовали 5 479 тыс. избирателей. Социалисты получили в Конгрессе депутатов 121 мандат (в 1977 г. — 118). КПИ получила 23 депутатских места (в 1977 г. — 20). Сдала позиции правоконсервативная коалиция «Демократическая координация», представленная в Конгрессе 9 депутатами (в 1977 г., когда партия называлась «Народный альянс», у нее было 16 мест).

По итогам муниципальных выборов 1 апреля 1979 г. СДЦ в целом по стране завоевал наибольшее число мест в муниципальных советах. Однако в крупных промышленных центрах успех сопутствовал представителям ИСРП. В дальнейшем на основе договоренности между ИСРП и КПИ левые силы сумели возглавить большинство муниципалитетов (местных органов власти) в крупных и средних городах страны.

Результаты парламентских выборов 1 марта 1979 года
Партии и блоки Голоса в % Конгресс депутатов Сенат
СДЦ 34,9 168 118
ИСРП 30,5 121 68
КПИ 10,7 23 -
Демократическая координация 5,9 9 3
Конвергенция и Союз Каталонии 2,7 8 1
БНП 1,5 7 8
Социалистическая партия Андалусии 1,8 5 -
Эрри Батасуна 0,96 3 1
Национальный союз менее 0,5 1 -
Арагонская национальная партия менее 0,5 1 -
Эускадико Эскерра менее 0,5 1 -
Союз кенарского народа менее 0,5 1 -
Союз наваррского народа менее 0,5 1 -
Эскерра републикана менее 0,5 1 -
Независимые кандидаты - - 7

Таким образом, демократическая Конституция 1978 г., парламентские и муниципальные выборы 1979 г. окончательно похоронили франкизм как политическую систему.

В конце 70-х годов достигнутый на основе пактов Монклоа политический консенсус начал утрачивать свою силу. Росла конфронтационность между не обладающим в парламенте абсолютным большинством правительством А. Суареса и оппозицией, представленной левыми партиями. В рядах самого СДЦ обнаруживались все более глубокие расхождения между руководителями различных политических течений центристского и правоцентристского толка.

Невзирая на межпартийные коллизии, А. Суаресу и лидерам левых партий удалось достичь взаимопонимания в вопросе утверждения парламентом Автономных статутов Каталонии и Страны Басков. Тексты Автономных статутов обсуждались в специальных парламентских комиссиях, были утверждены Генеральными кортесами и в октябре 1979 г. приняты на региональных референдумах. Однако принятие Автономных статутов другими регионами (за исключением Галисии) вызвало нежелание правительства и депутатов от СДЦ позволить им следовать по так называемой ускоренной процедуре, зафиксированной в конституции. Правительство предлагало организовать разработку Статутов по обычной конституционной схеме, получившей наименование «медленной». Это вызвало критику и нарекания со стороны политических элит регионов, посчитавших себя ущемленными в правах по сравнению со Страной Басков, Каталонией и Галисией.

Неудачи преследовали правительство А. Суареса в образовательной сфере. Патронировавшийся правительством законопроект об автономии университетов был отвергнут парламентом, а закон о неуниверситетских учебных заведениях не только подвергся острой критике со стороны левой оппозиции, но и был признан неконституционным.

На выборах в автономные парламенты Страны Басков и Каталонии победу одержали умеренные националисты и представители левых общенациональных партий.

В мае 1980 г. в обстановке растущей поляризации политических сил и неудач исполнительной власти руководство ИСРП инициировало парламентские дебаты о доверии правительству. 29 января 1981 г. А. Суарес подал в отставку с поста председателя правительства. Король Хуан Карлос I поручил сформировать новое правительство одному из лидеров СДЦ Л. Кальво Сотело.

23 февраля, в день парламентских дебатов по вопросу доверия Л. Кальво Сотело, была предпринята попытка государственного переворота. В здание Конгресса депутатов ворвалась группа заговорщиков - гражданских гвардейцев во главе с подполковником А. Техеро. Они выдвинули ряд ультимативных требований, направленных на возврат страны к франкистским методам правления. Одновременно в сторону Мадрида во главе танковой колонны направился генерал-капитан Валенсийского военного округа М. дель Боск. Однако попытка военного переворота провалилась. Король, Верховный Главнокомандующий Вооруженными силами страны, в телевизионном обращении к нации резко осудил путчистов. Заговорщики были арестованы и преданы суду13.

24 февраля Хуан Карлос I вызвал в королевский дворец лидеров ведущих политических партий, от которых получил твердые уверения в их приверженности Конституции страны. На следующий день Л. Кальво Сотело получил вотум доверия в парламенте и был приведен к присяге в качестве главы правительства. 27 февраля 1981 г. по всей Испании прошли массовые манифестации в поддержку Конституции и демократии. Действия короля в ходе февральских событий,
способствовали росту личного авторитета Хуана Карлоса I, а значение монархии как института власти неизмеримо выросло в глазах общественности.

В стране «набирала обороты» демократизация различных сторон общественной жизни. В марте 1981 г. правительство объявило о чрезвычайных мерах по борьбе с терроризмом, в частности о возможности привлекать армию к участию в операциях против террористов. В апреле был одобрен проект закона о защите конституции, предусматривающий уголовную ответственность за покушение на ее положения, за участие в мятеже и за публикацию материалов, подстрекающих к подрывным действиям в государстве. Демократические силы, в принципе поддержав этот закон, высказали опасение, что он может быть использован и для ограничения гражданских прав и свобод. 22 июня Генеральные кортесы приняли закон о разводе (это был смелый государственный шаг с позиций ментальности испанцев-католиков). В октябре Конгресс депутатов большинством голосов (против голосовали депутаты левых партий) разрешил правительству начать переговоры о вступлении Испании в НАТО.

Тем не менее к 1982 г. позиции правительства Л. Кальво Сотело ослабли. Причиной тому было обострение разногласий внутри СДЦ, что привело к фактическому расколу партии: из СДЦ вышло несколько групп, образовавших самостоятельные партии. В результате правительство потеряло большинство в Кортесах и практически было лишено возможности проводить в жизнь свой политический курс. В этих условиях председатель правительства Л. Кальво Сотело принял решение о роспуске парламента и проведении внеочередных выборов в октябре 1982 г.

Социально-экономическое развитие Испании во второй половине 70-х - начале 80-х годов

Мировой экономический кризис 70-х годов сказался на испанской экономике чрезвычайно неблагоприятно. Причины этого явления крылись в ориентации промышленности Испании на экспортные отрасли, резком сокращении государственных инвестиций в основные производства, быстром росте заработной платы, следствием которого была инфляция. Крайне негативно для Испании как нефтеимпортирующей страны складывалась конъюнктура на международных энергетических рынках: в 1973-1974 гг. и 1979-1980 гг. в мире наблюдалось резкое повышение цен на нефть. Во второй половине 70-х годов среднегодовой рост ВВП страны составлял лишь 1,9%, наблюдался рост цен и ускорение инфляционных процессов. Следствием стала девальвация песеты: на 10% в 1976 г. и на 20% в 1977 г. Все это негативно отражалось на состоянии рынка труда: с 1975 по 1985 г. число безработных в Испании увеличилось на один миллион человек.

В стране резко упали темпы роста производства, в критическом положении оказались торговый и платежный балансы, сфера финансов. В 1981 г. пассив торгового баланса достиг 980 млрд песет (около 7% ВВП). Стремительно увеличивалась внешняя задолженность: с 1,7 млрд долл. в 1974 г. до 27,4 млрд долл. впервой половине 1982 г.

Политические перемены второй половины 70-х годов не затронули основ экономической власти. Сложившиеся еще при франкизме финансово-политические «группы давления» сохраняли свои сферы влияния, а монополистический капитал по-прежнему прочно контролировал рычаги воздействия на государственный аппарат. Демократические процессы нашли отражение лишь в сфере экономического управления и социальных отношений.

Внешняя политика периода демократизации

Переход к демократии не повлек за собой каких-либо резких, волюнтаристских разворотов во внешней политике; здесь доминировали преемственность и традиционность национальных интересов. Вместе с тем изменились, во-первых, философия внешнеполитической деятельности, что означало обновленный смысл и расширение проекции на все более глобализирующиеся связи, во-вторых, форма и способы реализации внешней политики, что, в свою очередь, сделало ее более действенной и реалистичной.

Кабинет А. Суареса (1976-1981) не провел «тотальной ревизии» дипломатических приоритетов франкизма, однако этот период ознаменован усилением во внешней политике Испании элементов демократичности, самостоятельности и реализма. Именно в эти годы постепенно формируется практика консенсуса между правительством и ведущими оппозиционными силами по важнейшим внешнеполитическим направлениям - своего рода «внешнеполитические пакты Монклоа».

Конституция 1978 г. закрепила тройственную систему реализации испанской внешней политики: король, правительство и Генеральные кортесы. Согласно Конституции, «король осуществляет высшее представительство Испании в международных отношениях, особенно с нациями, с которыми она связана исторически» (ст. 56). Следовательно, в сфере внешней политики монархия как институт наделялась особыми представительскими полномочиями.

Правительство по Конституции «руководит внутренней и внешней политикой» (ст. 97), т.е. исполнительная власть ответственна за инициативу, разработку и исполнение внешнеполитических действий. Прерогативой Кортесов является политический контроль за деятельностью правительства, а также разрешение или, наоборот, запрещение осуществлять особо важные юридические действия в сфере международных отношений. Таким образом, новая Конституция страны, разграничив компетенцию ветвей власти, заложила юридическую основу для осуществления скоординированных действий в сфере международных отношений.

Одна из важнейших задач внешней политики периода А. Суареса заключалась в создании благоприятных внешнеполитических условий для эволюционного перехода к демократическим формам правления. Так, по признанию Х.М. Арейльсы, министра иностранных дел в правительстве К. Ариаса Наварро (1973-1976), он дал согласие возглавить МИД Испании не в силу привлекательности этого поста, а исключительно ради стремления реализовать политическую идею, связанную с движением страны к демократической системе.

Наиболее неотложными направлениями деятельности, так называемыми досье, унаследованными испанским МИД от франкистского режима, были урегулирование отношений с Ватиканом и США, а также проблема Западной Сахары, обострившаяся в результате фактической аннексии этой территории Рабатом, что косвенно затрагивало юридический статус испанских Канарских островов.

24 января 1976 г. Испания и США заключили двусторонний Договор о дружбе и сотрудничестве. Отношения с Западной Сахарой официальный Мадрид стремился максимально для себя деполитизировать. Следуя этому курсу, в феврале Департамент дипломатической информации МИД опубликовал официальное заявление о том, что Испания не считает себя связанной какими-либо обязательствами в отношении Западной Сахары (своей бывшей колонии), а позднее правительственным декретом Р. Вальдес Иглесиас был отозван с поста представителя Испании во Временной администрации Сахары. 28 июля было подписано соглашение со Святым престолом о пересмотре Конкордата.

В контексте демократических преобразований в стране дало о себе знать новое концептуальное направление во внешнеполитической доктрине Мадрида — соблюдение прав человека. Его обозначил М. Ореха14, преемник Х.М. Арейльсы на посту министра иностранных дел, выступая 27 сентября 1976 г. в Нью-Йорке на XXXI сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Он объявил о присоединении Испании к Пакту о гражданских и политических правах и к Пакту об экономических, социальных и культурных правах. Настойчивые усилия испанской дипломатии не замедлили сказаться: 24 ноября 1977 г. Испания становится членом столь «щепетильной» в вопросах соблюдения прав человека организации, как Совет Европы.

1977 г. стал для Испании знаковым в плане широкого международного признания. В этот год были установлены или восстановлены дипломатические отношения с СССР, Румынией, Югославией, Болгарией, Польшей, Чехословакией, Венгрией, ГДР, Мексикой, Кампучией, Вьетнамом, Монголией и Анголой.

Визит М. Орехи в Сенегал в апреле 1977 г. продемонстрировал желание Мадрида не ограничивать свои внешнеполитические интересы традиционными для Испании связями со странами Латинской Америки и Магриба. Мадрид искал пути проникновения (не только политического, но и торгово-экономического) в другие регионы — на Ближний и Средний Восток, в Центральную Африку, в страны АТР.

После победы СДЦ на всеобщих выборах 15 июня 1977 г. правительство, возглавляемое А. Суаресом, обрело политическую легитимность и приступило к разработке внешнеполитической программы. Основные положения программы, опубликованной 11 июля, зафиксированы в 12 пунктах.
  1. Стремиться к нормализации отношений со всеми странами мира.
  2. Содействовать укреплению мира и безопасности путем разрядки международной напряженности, разоружения, защиты прав человека, формирования более справедливого и сбалансированного экономического миропорядка.
  3. Расширять отношения с европейскими государствами на основе Хельсинкского Заключительного акта СБСЕ.
  4. Выступить с предложением о начале переговоров по вступлению Испании в ЕЭС.
  5. Проводить политику дружбы с Португалией.
  6. Укреплять отношения сотрудничества со всеми иберо-американскими народами.
  7. Способствовать укреплению оборонительной системы западных стран путем расширения договорно-правовой базы с США.
  8. Считать целесообразным начало общенациональной дискуссии относительно возможного присоединения Испании к НАТО.
  9. Продолжить поиски путей укрепления безопасности в Средиземноморье путем налаживания взаимопонимания со странами региона и создания общерегиональной системы сотрудничества.
  10. Оказывать поддержку справедливой борьбе арабских государств.
  11. Внести изменения в Конкордат с Ватиканом.
  12. Оказывать помощь и защиту испанским гражданам за пределами страны.
Таким образом, помимо утверждения традиционных приоритетов (Западная Европа, США, Средиземноморье, арабский мир, Латинская Америка), кабинет А. Суареса «переоценивал» наследие Ф. Франко на основе более диверсифицированной трактовки внешнеполитических ориентиров.

В концептуальном плане Мадрид исходил из того, что Испания официально рассматривалась как «средняя по значимости держава», способная тем не менее играть существенную роль в мировой и, в частности, в европейской политике. На этом фоне будущее Испании просматривалось в неразрывной связи с европейскими государствами. В контексте принадлежности Испании к ценностям западной цивилизации все громче звучал призыв к вступлению в Североатлантический альянс.

Кроме «европейского» полюса притяжения, испанцы пытались прагматично строить свои отношения с Соединенными Штатами, которые рассматривались испанской политической элитой как эталон демократического устройства и возможный пример для подражания.

Свои контакты с бывшими заокеанскими колониями Испания традиционно выстраивала на основе этнокультурной и исторической общности. На этом фоне особо выделялись тесные отношения Кубы и Испании15, которые были лишены острого соперничества, столь присущего взаимоотношениям Запад — Восток периода «холодной войны».

На II съезде СДЦ (6-8 февраля 1981 г.) акценты во внешней политике были расставлены в следующем порядке: 1) осуществление демократической политики, ориентированной на западные, в первую очередь европейские, страны; 2) вступление в ЕЭС; 3) присоединение к НАТО; 4) укрепление отношений с США; 5) наращивание всесторонних отношений с государствами Латинской Америки; 6) решение проблемы Гибралтара.

Определенные изменения в приоритетах страны были вызваны приходом в Белый дом Р. Рейгана и проводимым им курсом американского неогегемонизма. Пребывание Л. Кальво Сотело на посту председателя правительства (1981-1982) отмечено снижением интереса к «глобалистским задачам» (привилегированная роль Испании во взаимоотношениях Север — Юг или Латинская Америка — Европа, претензии на посредничество в региональных конфликтах, в том числе в Центральной Америке). В этот период внешнеполитическая деятельность испанского правительства развивалась преимущественно в двух ключевых направлениях: присоединение к НАТО и интеграция в Европейское экономическое сообщество (ЕЭС).

Вступление Испании в НАТО давало стране следующие преимущества: ускорение процесса переговоров о членстве в ЕЭС и решение проблемы Гибралтара. Что же касается внутренней процедуры по вопросу о присоединении к альянсу, здесь кабинет Л. Кальво Сотело считал возможным ограничиться утверждением соответствующего правительственного решения простым большинством голосов обеих палат Генеральных кортесов.

Вскоре на этом пути обнаружилось немало «подводных камней». В частности, США, поддерживая кандидатуру Испании при вступлении в организацию, одновременно не преминули довести до правительства Л. Кальво Сотело свою озабоченность относительно сохранения американских военных баз на территории этой страны. В ходе визита в Мадрид 9 апреля 1981 г. госсекретарь США А. Хейг говорил о необходимости обновления двустороннего соглашения по военным базам.

Кандидатура Испании не пользовалась безусловной поддержкой других стран-членов альянса. Определенные возражения высказывали Голландия, Греция и Франция. Правительство Л. Кальво Сотело не имело четкого представления о формах участия Испании в натовских структурах, полагая, что это предмет последующих переговоров.

Вопрос о вхождении Испании в НАТО вызвал внутри страны внутриполитические дискуссии и межпартийные споры. Руководство ИСРП обвинило СДЦ в отказе от консенсуса по столь значимому для Испании вопросу. Без должного внимания, как считали социалисты, остались вопросы Гибралтара и распространения географической зоны «прикрытия» испанских анклавов в Северной Африке — городов Сеута и Мелилья. Несмотря на противодействие фракций ИСРП и КПИ в парламенте, правительство Л. Кальво Сотело 30 мая 1981 г. вручило в Вашингтоне официальный документ о присоединении Испании к НАТО. Исторический парадокс заключался в том, что именно кабинет Л. Кальво Сотело, самый слабый из всех правительств, существовавших с 1977 г., сделал решающий шаг по вступлению Испании в Североатлантический альянс.


Комментарии:

1. В испанской историографии существует другая точка зрения об окончании переходного периода — считается, что это конец 1978 г., когда была принята демократическая Конституция страны.

2. Среднегодовые темпы роста ВВП составляли 7,3-7,5%, а промышленности - 9,5-10,5%. Среди промышленно развитых стран таким динамизмом в это время отличались только Япония, а в Западной Европе — Греция.

3. Бывший министр в правительстве Ф. Франко, в дальнейшем — бессменный глава автономного правительства Галисии. На региональных выборах 19 июня 2005 г. его родная НП (Народная партия) не получила большинства мест в парламенте Галисии, и «великий галисиец» был вынужден подать в отставку с поста председателя АС (автономного сообщества).

4. Суа́рес Гонса́лес, Адо́льфо (1932, Себрерос, Авила) — политический деятель, активный участник мирного перехода Испании от франкизма к демократии. По образованию юрист. Учился в университетах Саламанки и Мадрида. Генеральный директор испанского телевидения (1969-1973). В марте 1975 г. избран зам. генерального секретаря фашистской партии «Национальное движение», в декабре — генеральным секретарем. В 1976-1981 гг. - председатель правительства Испании. Основатель и председатель партийной коалиции центристского толка «Союз демократического центра». По инициативе А. Суареса был принят закон о политической реформе (1976), проведены демократические выборы в Кортесы (15 июня 1977 г.), легализованы антифранкистские партии и профсоюзы, осуществлена политическая амнистия, принята демократическая Конституция (1978). В 1981 г. королевским указом был удостоен дворянского титула герцога Суареса и испанского гранда за заслуги в процессе демократической трансформации общества. В 1982 г. основал центристскую политическую партию «Демократический и социальный центр», которую возглавлял до 1991 г. В 1996 г. удостоен премии Принца Астурийского в номинации «За политику согласия».

5. Группы антифашистского сопротивления «Первое октября» (сокр. от Grupos de Resistencia Antifascista Primero de Octubre) — экстремистская террористическая организация, получившая, по всей видимости, такое название от даты первого теракта (1 октября 1975 г.), совершенного ее боевиками в Мадриде. ГРАПО, берущая начало от левацкой промаоистской группировки, создавалась как ядро будущей повстанческой армии. Ее жертвами стали 61 человек (в 1975-1984 гг.). Наиболее серьезное преступление — взрыв в кафе «Калифорния» в Мадриде (1979), унесший 9 жизней. ГРАПО продолжала действовать в 1980-е и даже в начале 1990-х гг., правда, с убывающей интенсивностью. После нескольких лет «бездействия» ГРАПО неожиданно для правоохранительных органов Испании решила отметить свой 25-летний «юбилей», организовав несколько взрывов в Мадриде и Барселоне (в 2000 г.), в результате которых, к счастью, никто не пострадал. Большинство активистов ГРАПО в разные годы были арестованы полицией.

6. В советской и российской историографии чаще используется термин в единственном числе — «пакт Монклоа». Однако следует учитывать, что между правительством А. Суареса, ведущими политическими партиями и профсоюзами были достигнуты и подписаны несколько соглашений (пактов), важнейшие из которых — пакт о преодолении экономического кризиса путем принятия стабилизационных мер и пакт о законодательных и политических действиях на этапе перехода к демократии. В силу этого авторы считают более обоснованным употребление термина во множественном числе «пакты Монклоа» 27 октября 1977 г., что соответствует и испанской историографической традиции — «Pactos de la Moncloa».

7. Ка́льво Соте́ло, Леопо́льдо (1926, Мадрид) — политический деятель, по профессии инженер. Племянник известного в прошлом политического деятеля Хосе Кальво Сотело. Президент государственной железнодорожной компании РЕНФЕ (1967-1968), министр торговли (декабрь 1975 - июль 1976 г.), второй заместитель председателя правительства (с сентября 1980 г.), председатель правительства Испании (1981-1982). Активно содействовал вступлению Испании в НАТО. После отставки А. Суареса занял пост председателя правящей партии «Союз Демократического центра» (СДЦ) (ноябрь 1981 - июль 1982 г.). На всеобщих выборах (август 1982 г.) был избран депутатом парламента (1982-1986) по спискам СДЦ. Автор книги «Живая память перехода к демократии» (1990).

8. В силу конституционных положений, в Испании фактически отсутствует разделение между исполнительной и законодательной властями в том смысле, как это понимается, например, в США. Председатель правительства утверждается парламентом по предложению короля после того, как кандидат на пост главы правительства представит свою политическую программу. Таким образом, партия, имеющая большинство в Конгрессе депутатов Генеральных кортесов, определяет назначение главы исполнительной власти. Как правило, это лидер ведущей политической партии, который может переизбираться на пост главы исполнительной власти неограниченное количество раз.

9. Конституции зарубежных стран. М., 2003. С. 202.

10. Отношения между церковью и государством регулируются соглашением с Ватиканом, заключенным в 1979 г.

11. Верников В. В автономном режиме//Известия. 1999. 20 мая. С. 4.

12. Система льгот и обязательств в эпоху средневековья между монархом и вассальными территориями. Исторически процесс форализации превратился по существу в норму отношений правительства (в лице монарха) и его подданных.

13. Военный трибунал предъявил обвинения в заговоре и участии в антиправительственном мятеже 32 военнослужащим, включая А. Техеро и М. дель Боска, и одному гражданскому лицу.

14. В 1979 г. М. Ореха в качестве главы испанского МИД посетил с официальным визитом Москву.

15. В целом достаточно взвешенная линия Мадрида в отношении Кубы уходит корнями в эпоху Ф. Франко, который был склонен видеть в кубинском лидере прежде всего этнического испанца (Ф. Франко и отец Ф. Кастро были выходцами из Галисии) и диктатора, как и он сам, нежели одного из ортодоксов ненавистного ему коммунизма.
Дата публикации - 28.09.2010

Список литературы: 1. «Политическая история Испании», Г.И. Волкова, А.В. Дементьева. М.: Высшая школа, 2005.

Закладки

| Еще