Интернет-портал по истории и генеалогии

Ономастика:
Зоонимия русская

Зоонимия русская

Зоони́мия ру́сская. Термин зоонимия в отличие от зоонимика означает совокупность собственных имен животных. Научное исследование этого интересного материала, можно сказать, только лишь начинается. Работ по русской зоонимии известно пока немного. Большинство зоонимических публикаций в Советском Союзе выполнено на фактах тюркских, финно-угорских, кавказских языков. Почти во всех работах такого рода проводятся сопоставления с русскими именами животных или просто перечисляются русские клички, распространенные в данном регионе. Поэтому все эти наблюдения имеют ценность и для русской зоонимики. Имеющиеся работы не равноценны как по объему описываемого материала, так и по уровню его лингвистического осмысления. Например, в статье о кличках собак в мансийском языке описано всего 30 слов, а выводы о зоонимах одного из регионов Казахстана строятся на основе картотеки, содержащей свыше 5 тыс. кличек коров, лошадей, собак. Большое количество зоонимов Уральского ареала рассматривает П. Т. Поротников, анализируя их главным образом на основании принципа мотивированности - немотивированности.

Высоким уровнем лингвистической интерпретации отличаются работы Н. Г. Дубовой, А. А. Смирнова, Н. И. Толстого, Г. Ф. Фельде, О. И. Фоняковой. Исследователи не только делят зоонимы по тематическим разрядам, но и анализируют способы словообразования, тип мотивировки, характер номинации. Самыми частотными во всех регионах являются зоонимы с внутренней формой, указывающей на цветовой признак. Эту особенность можно назвать зоонимической универсалией. Примечателен обычай называть Березой собак или коров бело-черной масти. Это метафорическое наименование обнаружено не только в русском языке, но и в других славянских языках (Н. И. Толстым), а также в тюркских (Н. А. Баскаковым). На основании подобных фактов можно сделать вывод о наличии общих принципов номинации у разных народов. Многие русские клички своим дозоонимическим значением отражают характерные особенности нрава, поведения животных: Верный, Шалун, Юла (собаки), Грозный, Кокетка, Лихая (лошади), Задира, Недотрога (коровы). Зоонимы могут фиксировать внешние признаки: Крошка, Малютка, Гигант (лошади), Кудряш, Лохматая (собаки), Бородач (козел); время рождения: Апрелька, Декабрик. Клички такого рода мотивированы реальными признаками обозначаемых животных.

Среди зоонимов нередки слова иного плана. В класс кличек активно вторгается лексика из самых разных пластов. Большая группа зоонимов восходит к названиям растений: Верба, Каштан, Тополек, Роза, Незабудка, Фиалка; явлений природы: Буран, Восход, Закат. В клички животных могут превращаться названия различных предметов: Алмаз (бык), Бирюза (корова), Изумруд (лошадь), Кубик, Кукла, Термос (собаки). Встречаются и абстрактные существительные: Загадка, Минус, Прогресс (лошади). Особую группу кличек образуют слова, созданные в результате трансонимизации — привлечения имен из других классов ономастической лексики, прежде всего имен людей. Обращает на себя внимание такая особенность: предпочтение отдается обычно имени экзотическому, чужестранному (Андромеда, Пифагор, Тарзан), которое легче ономатизируется, не вызывая нежелательных при употреблении зоонима ассоциаций. Широкое распространение получили и несколько русских антропозоонимов: Мишка, Васька, Машка. Эти клички характеризуются полифункциональностью. Зооним Мишка, например, зарегистрирован на Урале в качестве имени быка, барана, лошади, кота, собаки, поросенка, козла, гуся и петуха.

Широкая распространенность во всех исследованных регионах кличек животных, образованных от имен людей, свидетельствует об отходе в наше время от традиций прошлого века, когда, по наблюдению В. И. Даля, «грешно было кликать собаку человеческим именем». Большое число кличек животных образуется сейчас и от другого класса собственных имен — топонимов. Наиболее часто клички образуются от названий рек, причем не только нашей страны: Амазонка, Амур, Висла, Влтава, Двина, Ока, Тисса. Интересно, что географические наименования Волга, Валдай, Байкал используются в качестве кличек собак в других странах. Это еще одно доказательство того факта, что в класс эоонимов легче проникают имена экзотические.

Многочисленные наблюдения показывают, что формирование системы зоонимов подвержено воздействию социальных, внеязыковых факторов. Это проявляется, например, в том, что разными оказались принципы именования животных в хозяйствах коллективных и индивидуальных. В Поволжье можно встретить фермы, где из 160 свиней 110 носят кличку Чушка, 30 — Муська, 10 — Зюнька. В коллективных хозяйствах существуют и определенные формальные ограничения: в кличке детеныша обязательно должны присутствовать инициальные звуки имен родителей. Жеребенок получает кличку Вулкан, потому что его родители — Ваза и Курган. В ситуации, когда необходимо придумать сотни кличек, возникают нередко имена довольно странные: Агония, Дискуссия, Сульфидин. Выбор клички для животного, находящегося в личном владении, не регламентируется такими жесткими правилами, потому и имена здесь оказываются более живыми, эмоциональными: Добруша, Жданка, Кормилица, Милочка, Прелесть (коровы).

В процессе исторического развития русской зоонимии социальные факторы способствовали значительному расширению круга апеллятивной лексики, которая стала вовлекаться в разряд имен собственных. В последние десятилетия стали чаще применять термины науки, искусства: Аккорд, Зенит, Гравюра, Рапсодия, Элегия, Флейта. Целый ряд новых кличек обязан своим появлением научно-техническому прогрессу, успехам в освоении космоса: Вертолет, Комета, Орбита, Ракета, Спутник. Все это свидетельствует о значительном расширении словарного запаса тех носителей языка, которым приходится заниматься ономастическим творчеством в области зоонимии. К собачьим кличкам в большей мере, чем к именам других домашних животных, предъявляются требования фонетического благозвучия.

Для многих кличек собак характерна звуковая одновершинность: Бим, Джек, Джим, Ральф (см.: Щетинин Л. М. Слова, вещи, имена. М., 1966). Скорее всего это вызвано удобством произношения кратких имен при служебных командах.

Заслуживают внимания деривационные особенности зоонимии в русском языке, наиболее распространенным способом образования кличек является лексико-семантический — переход словие разряд собственных имен животных без изменения формы: Буян, Тайна, Цыган. Таких фактов в русской зоонимии гораздо больше, чем это отражено в опубликованных статьях, авторы которых к суффиксальному способу относят такие слова, как Малыш, Найденыш, Голубок, Дымок, Снежок, Уголек, Хохлатка, а к основосложению — Домосед, Громоотвод, в то время как здесь явный лексико-семантический способ, поскольку морфемное оформление этих слов состоялось еще на дозоонимическом уровне, когда слово относилось к апеллятивной лексике. Зооним же создан в результате переосмысления.

Суффиксальный способ знаком зоонимии тоже. В основном это касается феминных дериватов: Буланый — Буланка, Буян — Буянка, Гнедой — Гнедуха. Надо сказать, что в русской зоонимии, особенно диалектной, намечается специализация зоонимических суффиксальных дериватов: Косматуха, Пеструха, Добруша, Белоха, Буреха, Рыжоха, Звездоня, Февралька, Июлька, Мартик, Утрик, Жасминка, Любимка, Тополинка, Янтарка. Слова эти апеллятивной лексике неизвестны, они специально созданы для зоонимической функции. Специфичными для кличек являются и феминные образования типа: Альта, Буяна, Динга, Матроса, Минора, Привета. Зоонимии известны и безаффиксные дериваты мужского рода: Акул, Ракет. Своеобразие зоонимов как особого класса собственных имен заключается и в том, что, в отличие от антропонимов, клички типа Васька, Машка, Димка являются нейтральной формой имени, а не уничижительным его вариантом.

Большинство зоонимов в русском языке одноосновны. Сложные слова (Белогубка, Серошейка, Жизнерадостная) наблюдаются не часто, и это тоже одна из отличительных черт русской зоонимии. Известно, что многие тюркские зоонимы образуются основосложением: Каракёз (черноглазая), Аккулак (белое ухо). Встречаются среди кличек животных и составные образования. Прежде всего это сочетания прилагательных с существительными: Большой Успех, Осенняя Ночка, Черная Магия (лошади). В документах Одесского ипподрома обнаружены имена лошадей, образование по этой же модели: Весенняя Капель, Весенняя Краса, Гуманная Акция, Излишняя Тревога, Майский День, Млечный Путь, Новая Криница, Приятная Улыбка, Прочный Мир, Стремительный Рейд. Всего 10 из общего числа более 1500, удельный вес таких кличек невысок. Еще реже употребляются зоонимы, представляющие собой сочетания двух существительных: Дочка Сосны, Сын Геркулеса. В материалах П. Т. Поротникова приведены несколько кличек, в которых сочетаются имя и отчество: поросенок Борис Иванович, кот Василий Павлович, свинья Аксинья Ивановна (всего 7 из 3685). Эти клички носят откровенно шутливый характер.

Зоонимы могут не только выполнять номинативную функцию, но и приобретать дополнительные оттенки. Нельзя не вспомнить Хину Марковну и Брома Исаевича — клички, придуманые Антоном Павловичем Чеховым для живших в его мелиховском доме собак породы такса. Здесь чувствуется и чеховская мягкая, ироничная улыбка, и медицинский «привкус» — дань второй профессии писателя, и несомненное доказательство того, что клички домашних животных могут иметь богатую коннотацию. Необходимо сказать, что область литературной зоонимии остается до сих пор почти не тронутой филологами. Ономастическое пространство художественного произведения не должно ограничиваться именами персонажей, топонимами. Клички животных, о которых рассказывают художники слова, не менее важны. Достаточно вспомнить чеховскую Каштанку, лошадь Фру-Фру из «Анны Карениной», Холстомера из одноименного рассказа Льва Толстого. Кстати, слово это является прозвищем, которое получил орловский рысак Мужик-1 за размашистую рысь: «Бежит, словно расстеленные для просушки домотканые холсты саженями меряет» (Алмазов Б. А. Прощайте и здравствуйте, кони!).

Способность иметь прозвище рядом с основным именем сближает зоонимы с именами людей. Сходство с антропонимами проявляется и в том, что в зоонимии можно встретить упрощенные, трансформированные клички, которые функционируют наряду с официальным, паспортным именем: конь Гиацинт на тренировке становится Гошей, Капитал — Капой, Ракета — Раей. Перечень подобных уже описанных в литературе фактов можно продолжить: кошку, которую нарекли царственным именем Нефертити, вскоре стали называть по-домашнему Тишкой, а овчарку, в паспорте которой значится имя всемирно известного художника — Винсент Ван Гог, хозяева называют ласково — Винсуля.

В. Э. Сталтмане справедливо обращает внимание на белое пятно в наших зоонимических исследованиях — на клички животных, содержащихся в семьях. Знаю дом, в котором собственные имена имеют не только рыбы и улитки в аквариуме, но и живущую в квартире лягушку там называют Жульеной, а черепаху — Кориной. Подобные факты известны, конечно, многим наблюдательным людям. Они достойны внимания и лингвистов, и психологов. Это целый мир общения человека с природой, нетрудно увидеть здесь и стремление противостоять урбанизации, суете городской жизни. Зоонимической системе в целом свойственна большая, чем в других классах собственных имен, свобода выбора имени.

Литература:
1. Архипов Г. А Зоонимы одного колхоза // Ономастика Поволжья. Вып. 4. Саранск, 1976.
2. Баскаков Н. А. Клички собак у каракалпаков // Ономастика Средней Азии. М., 1978.
3. Дубова H. Г. Некоторые особенности кличек охотничьих собак // Вопросы ономастики. Вып. 14. Свердловск, 1980.
4. Рядченко Н. Г. Из наблюдений над русской зоонимией // Русская ономастика. Одесса, 1984.
5. Смирнов А. А. Из зоонимии Горьковской области // Ономастика Поволжья. Вып. 2. Горький, 1971.
6. Толстой Н. И. Заметки о славянских именах собственных // Топономастика и транскрипция. М., 1964.
7. Фельде Г. Ф. Зоонимы Тюлькубасского района Чимкентской области // Этнография имен. М., 1971.
8. Фонякова О. И. К семантической структуре псковских зоонимов // Псковские говоры. Л., 1979.
9. Фонякова О. И. О взаимодействии литературной и диалектной лексики в зоонимии // Литературный язык и народная речь. Пермь, 1984.

В статье использованы материалы из следующих источников: 1. Н.Г. Рядченко. Русская ономастика и ономастика России. М.: Школа-Пресс, 1994.

Закладки

| Еще